В дрейфе: Семьдесят шесть дней в плену у моря

Эпилог

Потребовалось шесть недель на то, чтобы мое физическое состояние пришло в норму и восстановилась функциональная деятельность организма. Почти все язвы зажили, пока я находился на острове. Ко дню отплытия я уже прибавил в весе фунтов пятнадцать — правда, в основном за счет воды в ногах и жира в кишечнике. Отеки на ногах через шесть недель спали настолько, что я опять смог одеть обувь, и вес к этому времени тоже окончательно нормализовался. Через несколько месяцев у меня началось сильное выпадение волос, и продолжалось это два месяца. Многочисленные рубцы на ногах исчезли только на следующий год. Сейчас у меня почти не остаюсь следов пережитого приключения — мелкие шрамы да еще слепое пятно в глазу, появившееся после удара полипропиленовым концом. Возможно, существуют еще какие-либо скрытые внутренние повреждения, но пока они не дают о себе знать. Однако обмен веществ в моем организме изменился очень заметно. До этого плавания мне требовалось трехразовое обильное питание. Сейчас я ем не чаще двух раз в день, а зачастую — вообще только один раз, плюс еще бутерброд-другой. Вес мой при этом держится на одном и том же уровне.

С самого начала моей одиссеи мне только однажды приснился сон, связанный с жизнью на плоту, и с тех пор у меня никогда не бывает навязчивых кошмаров.

Что я вынес из этого плавания? Окрепла моя вера в безразличие морской стихии, в относительность понятий добра и зла и всех человеческих ценностей, в равенство всех творений Божьих и в собственную мою незначительность. Но я также понял, что достижение поставленных целей само по себе еще не дает удовлетворения — для этого необходимо поделиться с другими людьми. Кроме того, я увидел, что жизненные парадоксы — вещь совершенно обычная, что, принимая решение, часто оказываешься перед дилеммой, хотя, как правило, эти дилеммы редко носят столь роковой характер, как в экстремальной ситуации, когда речь идет о жизни и смерти. Важнее всего, наверное, что, столкнувшись с голодом и жаждой, испытав на собственном опыте жестокие лишения и отчаяние, я научился по-настоящему сочувствовать тем миллионам земных обитателей, которые не знают в своей жизни ничего иного.

Эта катастрофа вызвала у меня чувство утраты и надолго поселила страх в моей душе, но я решил не поддаваться страху и извлек для себя полезный урок. Каждый человек может считать удачей, если ему за всю жизнь только однажды выпадет серьезное испытание.

Когда на меня нападает отчаяние, когда я чувствую себя одиноким и заброшенным, я утешаюсь молчаливым присутствием других людей, которым пришлось претерпеть большие страдания и которые сумели их пережить.